О слухе

Сквозь информационный вакуум, или как глухой человек может почувствовать себя полноправным членом общества.

Возможность свободно жить в обществе, учиться, заниматься любимым делом, уверенно чувствовать себя в общении с другими — естественные потребности любого человека, а особенно того, кто имеет нарушения слуха или не слышит совсем. Помочь в социализации и адаптации таких людей призвано Всероссийское общество глухих (ВОГ) — самая многочисленная и старейшая в России общественная организация инвалидов по слуху. 25 сентября 2020 года ей исполнилось 94 года. Однако меняющиеся условия жизни не позволяют надеяться только на накопленный опыт: сегодня не слышащие люди не собираются оставаться в стороне, они хотят вырваться из информационного вакуума. О том, чего удалось добиться в вопросах реабилитации инвалидов с нарушениями слуха, мы побеседовали с Ларисой Велижанской, главным специалистом отдела реабилитации ОООИ «Всероссийское общество глухих».

Какие основные задачи решает ВОГ по реабилитации не слышащих?

— Главная задача ВОГ по уставу — это защита прав глухих людей, их интеграция в современное общество. Основным препятствием для не слышащих является информационный вакуум. Поэтому одна из основных задач по реабилитации не слышащих — обеспечение прав инвалидов по слуху к беспрепятственному доступу к информации. Мы оказываем помощь не только глухим людям, но и позднооглохшим, людям с кохлеарными имплантами.

— Сколько на сегодняшний день в России глухих людей — взрослых и детей?

— Людей, признанных инвалидами по слуху, в России на сегодняшний день, по последним официальным данным, около 500 тысяч человек. Эта цифра не учитывает дополнительную группу людей с нарушениями слуха: пожилых людей с возрастным снижением слуха, специалистов, которые приобретают снижение слуха, связанное со спецификой профессии (например, летчики) и многих других категорий, у которых есть снижение слуха, пока еще не приведшее к инвалидности. Надо понимать, что и такие люди нуждаются в слуховых аппаратах, в информационной доступности, в реабилитационных мероприятиях. Если суммировать все категории людей, у которых есть нарушения слуха, требующие той или иной реабилитации, то я думаю, что наберется больше одного миллиона человек.

— Сейчас много внимания уделяется созданию доступной среды для инвалидов, в том числе для слабослышащих и глухих. Каких результатов удалось добиться?

— Да, действительно, развитию доступной среды для инвалидов уже несколько лет в России уделяется повышенное внимание. Например, оборудование транспортной инфраструктуры системами информирования: светодиодными табло, мониторами, терминалами, индукционными петлями. Хочу подчеркнуть, что это оборудование необходимо не только нам, глухим, оно отвечает принципу универсального дизайна, то есть им пользуются все пассажиры. Согласитесь, что удобно и слышащим людям просмотреть на бегущей строке в автобусе или электричке информацию о следующей остановке, воспользоваться информационным терминалом на вокзале.

ВОГ также добилось увеличения объема скрытых субтитров на телеканалах, ведь телевидение, одно из основных средств массовой информации, долгое время было недоступно для глухих. Сначала несколько главных телеканалов стали субтитрировать свои телепередачи посредством скрытых субтитров в телевизорах с функцией телетекст, потом мы добились субтитрирования на восьми общероссийских телеканалах. Теперь каждый телеканал обязан 5% своих телепередач в неделю делать доступными для глухих людей. Услуги перевода по русскому жестовому языку еще несколько лет назад предоставлялись теми организациями, которые выиграли тендер на закупку данных услуг. Это зачастую приводило к снижению качества перевода, ведь многие организации не имели квалифицированных переводчиков жестового языка. ВОГ смогло добиться, чтобы услуги перевода на русский жестовый язык на 80% предоставлялись региональными отделениями ВОГ, которые имеют профессиональных и опытных переводчиков, проводят их обучение и аттестацию. Самое последнее достижение ВОГ — закрепление в нормативно-­правовом акте права получения инвалидам по слуху в качестве технического средства реабилитации смартфонов с функцией видеосвязи и навигации вместо простых кнопочных мобильников, которые выдавались до последнего времени. Дело в том, что смартфон — незаменимый помощник практически каждого глухого человека. С его помощью он может позвонить по видеосвязи в диспетчерскую службу для глухих, которая помогает ему связаться со слышащим абонентом, перевести на жестовый язык диалог. В этом случае важен размер экрана, функциональность камеры, хороший интернет. Кнопочные мобильники с маленьким экраном не справлялись с такой задачей. Также смартфон выступает в качестве навигатора при поиске нужного объекта в городе, ведь глухому затруднительно обратиться к прохожему, чтобы спросить дорогу и получить ответ. Смартфон — это еще и различные мессенджеры, с помощью которых можно без использования слуха и речи сделать заказ в интернет-­магазине, обратиться в социальные службы, общаться с друзьями и т.  д.

— Но трудности ­все-таки остаются?

— Конечно! До полной информационной доступности еще далеко. Например, остаются проблемы с установкой светодиодных табло с оповещениями остановок в электричках, несмотря на имеющиеся законодательные акты, многие кинотеатры еще не организовали показ отечественных фильмов с субтитрами, немало вузов не предоставляют переводчиков жестового языка студентам. Медицинские услуги до сих пор малодоступны для глухих, ведь не все готовы приходить к врачу с переводчиком жестового языка, а многие не слышащие и вовсе не владеют жестовым языком. А уж если глухой лежит в больнице — там он практически полностью остается без информации и без контакта с врачом, а ведь это жизненно важная сфера. В этом случае мы всегда говорим, что важен упор на обучение персонала навыкам общения с не слышащими. Это не подразумевает обязательное обучение русскому жестовому языку, этот язык достаточно сложен, ему надо серьезно обучаться, как и любому иностранному языку, иначе вы не сможете понять, что вам хочет сказать глухой человек. Навыки общения — это в первую очередь внимание к глухому человеку, общение с ним с помощью артикуляции губ, дактильной азбуки, с помощью переписки и т. д. Специалисты отдела реабилитации ВОГ приняли участие в разработке методических рекомендаций по предоставлению медицинских услуг инвалидам, но пока еще они проходят стадию согласования.

Кстати, недавний всеобщий карантин при пандемии коронавируса показал, что выступления президента России по телевидению остались недоступными для глухих. Не было ни перевода на русский жестовый язык, ни субтитрирования. Напрашивается вывод, что в чрезвычайной ситуации глухие люди останутся в информационном вакууме.

— Не секрет, что в обществе по-прежнему бытует мнение, что общение жестами — это «неприлично», что нужно учить слабослышащего или глухого изъясняться словами и т. д. Однако на практике многие люди с нарушениями слуха признают жестовый язык более удобным, общаются на нем между собой.

— Да, к сожалению, в обществе, во властных структурах, в различных социальных институтах существует убеждение, что жестовый язык приводит к неграмотности глухого. Однако до сих пор наша система образования глухих, основанная на устном методе преподавания, показывает низкое качество грамотности и образования выпускников школ. Считаю, что данный устный метод хорош, только если с ребенком дополнительно занимаются дома родители, если учителя такому ученику уделяют много индивидуального внимания, если есть дополнительные внеклассные занятия. Сейчас, когда учителя загружены в школе, когда родители часто заняты на работе, большая часть устной информации проходит мимо глухого ребенка, дети испытывают коммуникативный и информационный голод. Считаю, что настало время внедрять в школах и детсадах преподавание на жестовом языке, ведь это действительно язык, который помогает усваивать большой объем информации. Именно с помощью жестового языка можно узнать, как понимает ребенок смысл прочитанного текста. Например, ребенок читает фразу: «она бросилась к нему». Когда просишь его жестами показать эту фразу, он интерпретирует фразу как «она что-то бросила в него». Вот тут педагог может правильно объяснить смысл фразы, вот здесь начинает строиться грамотность не только грамматическая, но и смысловая. Но важно понимать, что никак нельзя исключать совместную работу с логопедом, развитие слуховой памяти, речи. Преподавание на жестовом языке и развитие слуха и речи должны быть неотделимы и равнозначны. Только при таком комплексном подходе можно развить грамотность у не слышащего ребенка.

— Как вы считаете, нужна ли популяризация жестового языка в обществе, и как ВОГ участвует в совершенствовании законодательства по вопросам изучения и применения русского жестового языка?

— Раньше русский жестовый язык был определен как средство общения. То есть он не являлся языком. Даже переводчик жестового языка у нас определялся как «лицо, понимающее знаки глухонемого». То есть жестовый язык был не языком, а какой-то системой знаков, посредством которых общаются глухие. ВОГ обратился в Институт языкознания российской академии наук с просьбой провести исследование жестового языка. В результате Институт языкознания признал, что в русском жестовом языке существуют свои синтаксические и морфологические правила, лексика и фразеология. То есть русский жестовый язык определили языком, а не средством общения. Затем ВОГ добился законодательного признания русского жестового языка как языка общения. Это позволило проводить обучение русскому жестовому языку на уровне высшего образования. Например, Московский государственный лингвистический институт включил в свою программу обучения подготовку переводчиков русского жестового языка. Также стало возможным на официальном уровне проводить обучение русскому жестовому языку специалистов различных социальных сфер: полицейских, сотрудников МЧС, сотрудников РЖД и других. В законе об образовании стало возможным прописать предоставление услуг по переводу русскому жестовому языку для обучающихся. Но, к сожалению, пока еще мы не можем добиться преподавания на жестовом языке в детсадах и школах. Ведь раннее развитие ребенка в сензитивный период имеет большое значение для дальнейшей работы его мозговой деятельности. Уверена, что, если начать с раннего возраста общаться с ребенком посредством жестового языка вкупе с речью, обязательным использованием слухового аппарата и заниматься его слухоречевым развитием, это покажет высокие результаты в его грамотности и владения русским языком.

Большое количество инвалидов по слуху теряют слух в детстве. Как правило, они свыкаются со своей потерей слуха, адаптируются к жизни, находят свой круг общения и практически не обращают внимания на свой недостаток слуха. Намного сложнее тем, кто в позднем возрасте потерял слух. Это часто становится трагедией, сужается круг общения, человек практически выпадает из нормальной жизни, замыкается в себе, теряет работу. Большинство таких позднооглохших людей делает операцию по кохлеарной имплантации, которая возвращает им слух, привычную среду обитания, привычные контакты.

— Расскажите, как проходит социализация инвалидов по слуху на первом этапе. Есть ли какие-то алгоритмы/решения, которые помогают людям адаптироваться в обществе?

— Большое количество инвалидов по слуху теряют слух в детстве. Ими с детства занимаются сурдопедагоги, логопеды, они ходят в коррекционные школы, носят слуховые аппараты, владеют жестовым языком. Как правило, они свыкаются со своей потерей слуха, адаптируются к жизни, находят свой круг общения и практически не обращают внимания на свой недостаток слуха. Намного сложнее тем, кто в позднем возрасте потерял слух. Это часто становится трагедией, сужается круг общения, человек практически выпадает из нормальной жизни, замыкается в себе, теряет работу. Большинство таких позднооглохших людей делает операцию по кохлеарной имплантации, которая возвращает им слух, привычную среду обитания, привычные контакты. В этом плане для них операция по кохлеарной имплантации — это палочка-­выручалочка. У нас есть центры, которые занимаются с такими людьми, ведь мало сделать операцию, требуется еще долгий период занятий по восприятию речи и звуков. Поэтому алгоритм реабилитации позднооглохших заключается в установлении кохлеарного импланта, последующей его настройки, занятий с сурдологами, сурдопедагогами, логопедами. На полноценное восстановление часто уходит не один год. Но человек, даже с КИ, остается инвалидом по слуху. Он имеет право на получение технических средств реабилитации, льготы и пенсионное обеспечение.

— Одна из важных задач ВОГ — помощь инвалидам по слуху в трудоустройстве. Есть ли у вас примеры, когда такие люди добивались успеха и признания в профессии, карьерного роста? Какие специальности сейчас наиболее востребованы на рынке труда для глухих и слабослышащих?

— Да, есть люди, которые добились профессиональных успехов несмотря на потерю слуха. В качестве примера могу привести не слышащего Дмитрия Барулина, руководителя студии «Дэафильм», который набрал сильную команду не слышащих асов компьютерной графики. Один из них — Павел Сахаров, который создает цифровую анимацию для самых разных фильмов и роликов, мультфильмов, которые транслируются по телевизору и в кинотеатрах. Есть у нас высококлассные парикмахеры-стилисты: это Леон Патаридзе и Денис Евдокимов, лауреаты конкурсов профессионального мастерства. В Туле глухой предприниматель Владимир Орлов организовал собственную фирму по изготовлению пластиковых окон, у него трудятся глухие работники. Слабослышащий Максим Исаев возглавляет фирму «Деафон», которая предоставляет глухим услуги сотовой связи, в его фирме трудятся не слышащие сотрудники. В Ижевске на оружейном заводе успешно работает не слышащий гравер- дизайнер высшего 1 класса Александр Санников, который также является мастером по обучению. Сергей Дмитриев, сварщик высокой квалификации, – лауреат конкурсов профессионального мастерства.

На рынке труда сейчас в основном идут предложения из сферы услуг: очень много глухих таксистов, работников сферы питания, торговли. Наверное, многие видели в магазинах «Ашан» перед кассой табличку «Вас обслуживает не слышащий кассир». Как правило, не боятся брать на работу инвалидов по слуху иностранные компании, которые у себя на родине имели положительный опыт работы с такой категорией людей. Наши российские компании все еще имеют предубеждения и стереотипы по поводу глухих людей. Например, в одно время даже хотели законодательно запретить глухим работать водителями, станочниками. Специалистам ВОГ пришлось приложить немало времени и усилий, чтобы доказать чиновникам Минздрава, что глухие с прошлого века успешно водят автомобили и работают на станках. Очень востребованы рабочие профессии: это станочники, сварщики, специалисты по различному оборудованию с ЧПУ. Сложнее устроиться тем, у кого офисные профессии, но тем не менее есть успешные бухгалтеры: например, Виктория Галанова является главным бухгалтером в нефтяной компании. Несмотря на приведенные примеры, в целом по России ситуация с трудоустройством глухих остается, к сожалению, неудовлетворительной. Как правило, глухим предлагаются низкоквалифицированные и малооплачиваемые профессии.

— Какие из приоритетных направлений работы в сфере защиты прав инвалидов по слуху вы можете назвать?

— Трудно выделить какие-то особо приоритетные направления. Для меня и моих коллег важны все направления, которые являются жизненно важными для инвалидов по слуху. Ведь, выделяя одно приоритетное направление, наносишь ущерб другому. Поэтому мы стараемся уделять внимание всем аспектам жизни неслышащего человека. Это и развитие русского жестового языка, и услуги по переводу, и расширение сферы занятости на рынке труда, и субтитрирование телепередач, и развитие диспетчерских служб для глухих, и защита глухих людей на законодательном уровне, организация доступной среды на транспорте, в социальных учреждениях, в банках, в школах, в музеях и многих других посещаемых местах. Только такой комплексный подход позволит глухому человеку почувствовать себя полноправным членом общества.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Нажимая кнопку «Отправить», я даю свое согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 года № 152-Ф3 "О персональных данных"