Эксперты

Ачин Бхоумик: Задача Starkey — превратить слуховой аппарат из необходимого устройства в желаемое

Текст интервью публикуется на основе подкаста Hearing Tracker, размещенного на сайте HearingTracker.com.

В копилке наград лидера мирового рынка слухопротезирования компании Starkey прибавление. По итогам ежегодного конкурса CES Innovation Awards слуховой аппарат Livio Edge AI удостоился звания лучшего в номинации «Доступность». Пожалуй, никто не знает об инновациях в слухопротезировании лучше, чем Starkey. О новейших технологиях, личном вкладе в развитие машинного обучения и искусственного интеллекта, направлениях движения компании и уникальных разработках, которые еще вчера казались фантастикой, рассказал доктор Ачин Бхоумик, технический директор и исполнительный вице-президент инжиниринга в компании Starkey.

Доктор Бхоумик, расскажите немного о себе.

— Я дипломированный инженер. После защиты докторской диссертации устроился в Intel на должность исследователя-­разработчика и постепенно рос в должности, работая с передовыми компьютерными технологиями, устройствами, процессорами. За последние десять лет я был вице-президентом и генеральным директором Perceptual Computing Group, где работал над машинным обучением и искусственным интеллектом, а также новейшими датчиками, помогающими машинам воспринимать и понимать окружающий мир.

Так что, получается, я переключился с помощи машинам в понимании мира на помощь людям в этом самом понимании мира и других людей. В Starkey я пришел летом 2017 года на должность технического директора. Здесь я отвечаю за разработки, развитие производства и продвижение новейших технологий, которые помогают слабослышащим людям полноценно жить и общаться.

— Какое место, на ваш взгляд, занимает машинное обучение и искусственный интеллект в слухопротезировании? Расскажите об инициативах, связанных с новейшими технологиями, над которыми вы работает в Starkey. Действительно ли они помогают людям лучше слышать?

— Конечно, помогают. Я считаю, что, работая с искусственным интеллектом, лучше всего не задавать ему готовые алгоритмы, а позволять машине учиться самостоятельно. Практически так же, как людям.

Например, наши родители учат нас отличать собак от кошек. Когда ребёнок впервые видит кошку, мама говорит ему: «Смотри, кошечка!» И ребёнок учится сопоставлять изображение, которое он увидел, с понятием. После этого каждый раз, когда ребёнок увидит кошку, он будет понимать, что это именно кошка. И этот механизм работает для любого другого чувственного восприятия, попадающего в мозг. Например, в первый раз, когда вы попытаетесь потрогать огонь, он вас обожжёт, вам будет больно, при этом вы поймете, что так делать не нужно.

Способность учиться всегда отличала людей, делала их уникальными. Машины в этом плане оставались «глупыми»: людям всё время приходилось говорить машинам, что нужно делать. Сейчас же мы работает над тем, чтобы машины сами учились на основании входящих данных. И успехи в этой области поистине феноменальны.

Вы наверняка слышали, что существуют машины, которые умеют ездить сами по себе, автономно, и при этом они безопаснее, чем если бы за рулём сидел человек. Для нас это стало стимулом перенести наработки искусственного интеллекта и машинного обучения в слуховые аппараты.

Изучая возможности внутриушных слуховых аппаратов, мы обнаружили три интересных момента, которыми никто раньше не занимался. Во-первых, мне показалось, что мы достигнем намного большего, если задействуем искусственный интеллект и машинное обучение, чтобы помочь людям лучше слышать. Все и так знают, что слуховые аппараты помогают лучше слышать, но нам мало просто усиливать звуки. Алгоритм машинного обучения в сочетании с искусственным интеллектом сделает слуховые аппараты по-настоящему умными, они научатся понимать природу разных звуков. Какие звуки нужно усиливать, а какие нет? Именно это делает искусственный интеллект и машинное обучение действительно полезными в плане улучшения слуха.

И этим дело не ограничивается. Для нас слуховые аппараты — это не только про слух. Это многофункциональное устройство, которое должно следить за здоровьем пользователя, его физической и умственной активностью. Так, если слабослышащий пациент в возрасте падает, встроенный в его слуховой аппарат Livio Edge AI искусственный интеллект автоматически получает сигнал о случившемся и передает его близким.

И, наконец, при помощи умных слуховых аппаратов мы можем открыть для наших пациентов целый информационный мир. Всего-то и нужно, что дважды коснуться устройства и задать вопрос: «Какая сейчас погода на улице?» И человек получит ответ сразу в слуховой аппарат. Также устройство может, к примеру, напоминать о приёме лекарств. Достаточно сказать что-то вроде «Мне нужно принять таблетки в 8», и ровно в 8 часов слуховой аппарат напомнит о таблетках.

Совсем недавно мы анонсировали еще одно обновление для умных слуховых аппаратов. Представьте, что вы потеряли свой смартфон — положили куда-то и не можете найти. Теперь вы можете спросить у своего слухового аппарата: «Где мой телефон?» — и телефон зазвонит!

Так что, я считаю, что применение искусственного интеллекта в слуховых аппаратах — это круто! Это позволяет внедрить в них функции, которые не только улучшат слух, но и жизнь в целом. Такое устройство станет настолько полезным в ежедневном использовании, что представить себе быт без него станет невозможно.

— Позвольте уточнить. Слуховые аппараты имеют автоматическое переключение программ, то есть в зависимости от ситуации устройство будет как бы анализировать окружающую среду, а затем вносить изменения в программу, чтобы она максимально подходила для текущей обстановки. Как помогает искусственный интеллект расширить возможности персонализированной настройки?

— Приведу пример, как обычно работает переключение программ. Например, вы пришли в ресторан, выбрали настройки, которые вам показались наиболее подходящими, и сохранили этот режим в памяти слухового аппарата. То же самое вы сделали, находясь дома, в офисе или в гостях у друга. Таким образом, у вас есть некая техническая библиотека ситуаций, из которых вы выбираете нужный режим. Но сколько может быть таких режимов? И как убедиться в том, что обстановка «В ресторане», которую вы сохранили на прошлой неделе, такая же, как и сегодня, когда вы пришли сюда снова? Получается, что на самом деле нужно не множество режимов, а возможность автоматического определения оптимальных настроек для различных условий, в которых человек может оказаться.

Вот тут-то и появляется наш искусственный интеллект Edge. Он именно этим и занимается: анализирует акустическую обстановку вокруг пациента каждые 6 мс. И включить этот режим просто: достаточно коснуться слухового аппарата или нажать всего одну кнопку (тут зависит от того, как ваш СА настроили на приёме), и он автоматически подстроит работу без необходимости выбирать из ограниченного количества библиотек настроек.

Кстати, искусственный интеллект помогает и в эти непростые для всех нас времена, когда большинство людей носят маски. Каких-то полгода назад мы даже не думали, что такая проблема может возникнуть.

Сейчас поясню подробнее. Люди с потерей слуха полагаются на чтение по губам, чтобы лучше понимать речь, но рты окружающих людей закрыты масками. Помимо этого, маска дополнительно приглушает речь. А ведь люди говорят на разных частотах и с разной громкостью, так что страдает и динамика речи в том числе. Наконец, все маски сделаны из разных материалов: у кого-то маска из ткани, у кого-то медицинская, у кого-то вообще пластиковый щиток. И нам пришлось разрешать эту проблему при помощи машинного обучения.

Представьте: вы находитесь в окружении людей в разных масках. Вы включаете режим Edge, и за пару миллисекунд он подстроит звучание аппарата под типы масок ваших собеседников. За это время он проанализирует звуковые сигналы и распознает среди них речь.

Также он понимает, как эта речь должна звучать, поскольку ранее проходил машинное обучение, и поэтому динамически компенсирует текущее звучание, вместо того чтобы, например, создать режим «В маске» на основании одного типа масок и применять эти фиксированные настройки для всех остальных типов. Но этих типов-то много! Это очень хороший пример того, как искусственный интеллект и машинное обучение решают поставленные задачи. Подчеркну, что сегодня это очень важный момент, хотя всего полгода назад этой проблемы не существовало.

— Как вы уже сказали, слуховой аппарат — это не просто усилитель звука, он должен интегрироваться в повседневную жизнь и становиться её частью.

— Полностью согласен. Я называю это компьютерами восприятия, потому что все эти аппараты, по сути, маленькие компьютеры, находящиеся у людей в ушах, а внедрение искусственного интеллекта приближает их к тому, как работает слух здорового человека. Попробую вам описать работу слуха как инженер. Человек — это набор датчиков и процессоров, обрабатывающих сигналы. В нашем случае имеются в виду уши и устройства передачи звука.

Итак, входящая вибрация воздуха преобразуется в нейронный сигнал, а уже в коре мозга происходит некая магия. Здесь разные звуки обрабатываются по-разному. В сложной акустической обстановке, когда собеседников несколько, попробуйте закрыть глаза и понаблюдать, как мозг неосознанно повышает соотношение сигнал/шум и подавляет то, что мы не хотим слышать, чтобы уделить больше внимания тому, что мы слышать хотим. Поэтому мы можем не замечать, как кто-то с нами говорит, если на чём-то сосредоточены. Или как при прослушивании музыки наш мозг меняет восприятие, чтобы оценить музыкальные переходы. Вы переключаете восприятие с обычной речи на музыку, с музыки — на подавление шума и так далее.

Мы пытаемся заставить наш искусственный интеллект работать по этому же принципу — по принципу работы слуховых участков мозга. Не забывая про усиление сигнала, конечно же. Искусственному интеллекту необходимо понимать, какой звук чем является, и какие алгоритмы усиления к нему нужно применять.

Так же он поступает с разными типами масок: нужно знать, как звучит речь человека в той или иной маске, чтобы соответствующим образом подстроить работу и компенсировать звук. И наша умная система с этим справляется. Наша новая функция IntelliVoice на сегодняшний день самая развитая в индустрии нейросеть, ранее никогда в слуховых аппаратах не применявшаяся. Она используется в беспилотных автомобилях, в робототехнике, при распознавании лиц или речи и т. п. Мы впервые применили эту технологию для распознавания речи при подключении слухового аппарата к iPhone.

— Чем хороша эта функция? Она улучшает соотношение сигнал/шум или «очищает» речь в общем сигнале?

— Она усиливает речевые сигналы. Если взглянуть на речевой сигнал и сравнить его с ­каким-­нибудь другим, речь довольно легко распознаётся по частым переходам в высокочастотном сегменте. Но и это восприятие несколько устарело. Те несколько алгоритмов, которые в течение долгого времени были нормой в слухопротезировании, не брали во внимание тот факт, что все люди говорят по-разному. У меня один говор или акцент, у вас — другой. И из-за этого невозможно знать наверняка, как именно говорят все люди вообще. Поэтому мы и создали нейросеть, которую затем обучали на всех возможных вариантах речевых сигналов. И она научилась динамически менять соотношение сигнал/шум исходя из особенностей конкретного собеседника, конкретного слушателя и конкретной акустической обстановки. Это качественно отличающийся от традиционного способ усиления и обработки речи — при помощи нейросети.

— И самое важное, как мне кажется, это то, что всё происходит совершенно незаметно для пациента. Мало кому хочется разбираться в настройках и менять программы. Люди хотят включить свой аппарат и вообще забыть о том, что они его носят.

— Всё именно так. Высшее мастерство для нас, технарей, сделать так, чтобы технология «исчезла», чтобы она была незаметна для пользователя. Чтобы человеку не приходилось забивать себе голову нажатием правильных кнопок, но чтобы вместо этого устройство само «поумнело» и выполняло свою работу. Тут, разумеется, диапазон решений весьма широк: от машин, ездящих сами по себе и возящих людей из точки А в точку Б, до слуховых аппаратов, которые сами подбирают лучшие алгоритмы и не обременяют этим пользователей.

— Разумеется, технология должна нам помогать. Мы вплотную подходим к мечте писателей-­фантастов, когда в мире будущего людям живётся проще и свободнее. Как в Starkey вы решаетесь воплощать в реальность то, о чем другие даже не мечтают?

— Очень хороший вопрос. До того, как мы вывели на рынок аккумуляторные индивидуальные ВСА, я постоянно сталкивался с реакцией вроде «так не бывает», «это очень сложно», «либо ИВСА, либо аккумулятор» и т. п. Общие представления были таковы, что индивидуальное изготовление и аккумулятор друг друга взаимно исключали, и, если кто-то хотел аккумуляторный слуховой аппарат, им просто говорили: возьмите ВТЕ. Или если кто-то хотел 2.4 ГГц беспроводную связь в своём устройстве, то уместить эту функцию с аккумулятором в индивидуальном корпусе невозможно. Я всё время говорю, что если задача сложна, мы её выполняем сразу. Невозможные задачи выполняем чуть подольше (девиз инженерных вой­ск армии США). Мы хотим выжать из аппаратной составляющей все соки, чтобы раздвинуть границы того, что ещё вчера считалось технически невозможным.

После этого мы добавляем немножко волшебства нашего искусственного интеллекта. И вдруг вы замечаете, что ваш ИВСА как бы «пропадает», в то время как вы становитесь эдаким суперменом, способным расслышать то, чего никогда ранее не слышали, и даже, возможно, не знали, что такие звуки вообще существуют. Слуховой аппарат помогает вам легче общаться с другими людьми, поддерживать здоровье, отслеживая физическую активность (вроде фитнес-­браслета, но без дополнительного устройства, которое надо отдельно носить и отдельно заряжать). Всё это ваш слуховой аппарат делает сам. Он дарит спокойствие вашим близким (с вашего разрешения, разумеется), и они знают, насколько вы здоровы. Общаетесь ли вы? Не упали ли вы? Случись что, ваш слуховой аппарат предупредит их.

— Однако вот что интересно. Люди часто противятся новым технологиям. Так было, например, со смартфонами: я знаю достаточно много людей, кто был против смартфонов, но кто, в конце концов, сдался и привык к ним. Теперь смартфоны стали частью нашей жизни настолько, что исчезни они прямо сейчас — и многие почувствуют себя ­прямо-таки неполноценными.

— Да, да. Здесь стоит добавить, что превратить устройство из необходимого в желаемое есть самый главный вызов для нас и для слуховых аппаратов в целом. Я убеждён, что все продвинутые технологии и богатый функционал делают слуховые аппараты намного полезнее для людей, не просто помогая слышать, но лучше жить с помощью новых технологий. Мы на пути к тому, чтобы сделать слуховой аппарат желаемым устройством. К тому, чтобы убрать с него исторически закрепившееся «клеймо» — предмета, необходимого только для улучшения слуха.

— Как раз к этому я и хотел подвести. Слуховые аппараты всё больше походят на персональных электронных секретарей, которые помогают нашим близким быть в курсе того, что с нами происходит.

— Да, вы правильно подметили: слуховые аппараты берут на себя функции личного помощника. Нам недавно даже присудили награду за инновации в разработках искусственного интеллекта, где участвовали более 2 200 номинантов. Нас выбрали потому, что наша система персонального ассистента всегда находится при пользователе, прямо в его ухе. Таким образом, слуховой аппарат превращается в незаменимого персонального ассистента, помогающего во всём. Мы по праву гордимся развитием наших устройств.

— Как вы видите влияние искусственного интеллекта на будущее слуховых аппаратов в течение следующих 5–10 лет?

— Я убеждён, что мы только начали двигаться в эту сторону. Всё, чего мы достигли за последние 2,5 года с момента вывода на рынок Livio до сегодняшнего дня, — это лишь начало пути. То, что сегодня считается нормой, всего несколько лет назад считалось самой настоящей фантастикой. И темп развития будет только нарастать. У нас есть ещё несколько козырей в рукаве, над которыми мы работаем.

— Приоткроете завесу тайны?

— Кое-что я, разумеется, расскажу. Мы видим слуховой аппарат как устройство, дающее человеку суперслух, возможность слышать то, о чём он даже не подозревал, а также упрощающее общение с людьми. Например, я: у меня нет потери слуха, но в шумном месте вроде ресторана я слышу намного лучше с Livio Edge AI, потому что значительно улучшается соотношение сигнал/шум. Я лучше слышу собеседников, следовательно, мне проще с ними общаться, хотя никакой потери слуха у меня нет. Теперь вспомните нашу нейросеть, какие преимущества людям с потерей слуха 50 дБ и более предоставляет Edge в понимании речи и отслеживании здоровья. Представьте, сколько физиологических параметров мы сможем отслеживать в ближайшем будущем и предупреждать пользователя о возможных проблемах до того, как они случатся. Располагать сенсоры в ухе намного практичнее, чем на запястье. Ведь на приёме у врача, например, что происходит: в начале приёма врач делает несколько замеров физиологических параметров, чтобы проанализировать состояние вашего здоровья. А что, если бы вы могли дать ему эти параметры сразу? Если бы вы могли постоянно отслеживать своё состояние здоровья и быть в курсе, что скоро что-то может пойти не так? В сочетании с персональным ассистентом и сверхбыстрым развитием технологий вам, по большому счёту, ничего больше и не нужно. Вся нужная информация уже будет у вас. Стоит вам что-то спросить — тут же получаете ответ. И вот такое устройство захотят себе многие. Технология не будет требовать к себе внимания, а мы за счёт неё станем сверхчеловеками. Мы движемся в эту сторону и обязательно придём к результатам. Мы разработаем нужные устройства, преодолеем все преграды на пути. С нетерпением жду этого.

— Вот еще что любопытно: на рынке много разных устройств: Bose Hearphones, Nuheara IQbuds squared MAX и другие компании создают приложения, которые позволяют получить персонализированное усиление звука, при этом пользователь может удалённо проверить свой слух, не приходя на приём к аудиологу. Сами же устройства при этом программируются очень похожим на слуховые аппараты способом. Как вы считаете, помогут ли эти устройства улучшить доступность технологий? Ведь именно она остаётся одним из главных препятствий.

— Я думаю, смогут. Мне вообще нравится, что компании, занимающиеся обычной потребительской техникой, добавляют дополнительный функционал в свои устройства и уделяют всё больше внимания вопросу доступности для всех людей. Я особенно горжусь нашей совместной работой с Apple и Google. Мы смогли добиться потоковой передачи звука напрямую со смартфонов в слуховые аппараты, но ещё больше меня радуют потребительские наушники. Просто представьте: до того как Apple представила свои наушники, никто и подумать не мог, что что-то будет располагаться прямо в ушах у людей. Сегодня же достаточно посмотреть по сторонам в транспорте, и вы уведите, что из ушей окружающих, скорее всего, ­что-нибудь торчит.

— Это точно.

— Это снимает клеймо с устройств, находяшихся в ушах у людей. Все эти коллективные усилия, направленные на принятие людьми технологий, очень помогли. Так, например, лучшие наушники на рынке на сегодняшний день могут работать 3–4 часа без подзарядки, в то время как наши слуховые аппараты работают без подзарядки до 24 часов. И спроектированы они так, чтобы идеально сидеть в ухе каждого конкретного человека, а также компенсировать его слух акустически.

Пару лет назад люди думали, что технологии предназначены только для потребительской техники, но сегодня мы привносим эти самые технологии в слуховые аппараты. Напомню, что, согласно данным ВОЗ, почти полмиллиарда людей имеют инвалидизирующую потерю слуха (считаются инвалидами по слуху). И такому огромному количеству людей мы можем помочь все вместе. Жду не дождусь, когда мы сделаем эти технологии доступными для широких слоёв населения.

— Полностью с вами согласен. Действительно, это подтверждает точку зрения о необходимости размытия границ между потерей слуха и просто ношением чего-то в ушах, поскольку всё больше людей что-то в ушах как раз и носят. Буквально в магазин нельзя сходить, чтобы не встретить подростков с беспроводными наушниками. И это очень сильно снимает негатив, даже наоборот — обращает внимание на наличие какой-то техники в ушах у людей. И я надеюсь, что это снизит стоимость продукции за счёт большего количества людей, которые будут этой техникой пользоваться. Очень много людей, и я таких встречаю почти каждый день, либо отказываются принять свою проблему, либо не могут себе позволить её решение по финансовым причинам, но во втором случае хотя бы есть альтернативы на рынке. Пусть и не настолько хорошие, как профессиональный слуховой аппарат, но они хотя бы есть.

— Конечно, помогать людям можно по-разному. Немаловажный, кстати, фактор, отличающий слуховой аппарат от этих альтернативных устройств, это задержка: обработка сигнала в слуховом аппарате встроенная, поэтому звук проходит от микрофона до уха человека почти моментально. В устройствах, которые используют приложения, существует примерно 100 мс задержка. Хотя некоторый прогресс в её сокращении наметился. Продолжая тему про Bluetooth-­наушники, которую вы начали, хочу добавить. После того как мы представили на рынке аккумуляторные ИВСА, постоянно получаем отзывы о том, что при эксплуатации они воспринимаются абсолютно как обычные Bluetooth-­наушники, но при этом со всей технологической начинкой слухового аппарата и сроком работы аккумулятора 24 часа. Мы даже получаем запросы на изготовление этих аппаратов в разных цветах, например, в чёрном.

— Как интересно.

— В прошлом производители старались делать слуховые аппараты телесного цвета, чтобы нельзя было сразу понять, что у человека в ухе что-то находится. Сегодня же мы видим спрос на яркие, броские дизайны (белые, чёрные, разноцветные), чтобы аппарат в ухе было ВИДНО. Когда у тебя в ухе что-то яркое, индивидуально изготовленное, работающее на аккумуляторах — невозможно просто взять и угадать: это слуховой аппарат или это такие модные наушники? Интересно, что именно обычные потребительские наушники помогают индустрии слуховых аппаратов.

— Да, и я, например, такого совершенно не ожидал. Раньше популярно было сравнивать слуховые аппараты с очками, но есть же люди, которые носят очки просто для вида, как аксессуар. Видимо, похожая ситуация происходит со слуховыми аппаратами: их, конечно, как модный аксессуар никто не носит, но из-за повсеместного распространения наушников их перестают прятать и стесняться. И тот факт, что люди специально хотят сделать их разноцветными, яркими, заметными, о многом говорит.

— Потихоньку негатив в отношении слуховых аппаратов начинает пропадать, потому что сегодня слуховые аппараты — это круто. Сегодня это не просто усилители звука. Современные слуховые аппараты дают людям куда больше: помогают следить за здоровьем в целом.

— Хотите еще что-то добавить к нашему разговору?

Совсем недавно мы представили аккумуляторный BTE‑аппарат с усилением 70 дБ. Не очень широкому кругу людей нужно такое мощное усиление. Поэтому раньше, когда человеку был нужен такой мощный слуховой аппарат, у него не было варианта купить аккумуляторный аппарат с беспроводной связью 2,4 ГГц и потоковой передачей аудиосигнала со смартфона. Но именно такой аппарат мы представили. Самый маленький в своём классе (на 30% меньше, чем ближайший конкурент)! Даже на 22% меньше нашего собственного довольно популярного ВТЕ‑аппарата на воздушно-­цинковых батарейках. Мы смогли разработать действительно маленький аппарат с одним из самых сильных коэффициентов усиления на рынке. Да, мы понимаем, что по-настоящему он пригодится довольно небольшому количеству людей, но я рад, что наш аппарат сможет им помочь. Это, пожалуй, последнее, что я хотел рассказать.

— И сколько работает эта батарейка? Простите, аккумулятор?

— 24 часа!

— 24 часа!..

— Да, полумеры тут неуместны.

 

Ачин Бхоумик

Технический директор и исполнительный вице-президент по инжинирингу компании Starkey. В круг его ответственности входят разработка стратегии технологического развития компании, глобальные исследования, создание новой продукции и инженерное проектирование. Он руководит работой компании Starkey по превращению слуховых аппаратов в многофункциональные, удобные в использовании медицинские приборы, оснащенные сенсорными датчиками и технологиями искусственного интеллекта нового поколения.

До прихода в компанию Starkey доктор Ачин Бхоумик занимал должность вице-президента и генерального менеджера Perceptual Computing Group корпорации Intel. Бхоумик отвечал за исследования и разработки, инжиниринг, производственную и коммерческую деятельность в области 3D‑зондирования и интерактивных вычислений, компьютерного зрения и искусственного интеллекта, автономных роботов и беспилотников, а также иммерсивных технологий виртуальной и объединенной реальности.

Доктор Ачин Бхоумик является адъюнкт-­профессором медицинского факультета Стэнфордского университета, членом консультационного совета Института инженерного лидерства Фунга (Fung Institute for Engineering Leadership) в Калифорнийском университете в Беркли, членом совета попечителей Национального института субтитрирования (National Captioning Institute), членом правления Международного дисплейного общества (Society for Information Display). Автор более 200 публикаций, в том числе двух книг и 37 выданных патентов.

Starkey получил престижную награду CES Technology Award

Новейшие технологии Starkey продолжают собирать высокие оценки экспертов. На этот раз компания получила награду Ассоциации потребительских технологий в номинации «Доступность» за инновационный слуховой аппарат Livio Edge AI. «Это признание является свидетельством невероятного таланта Starkey и постоянного стремления компании быть лидером индустрии слухопротезирования, преодолевая технологические барьеры, — сказал технический директор Starkey Ачин Бхоумик. — Мы активно внедряем в наши слуховые системы технологию искусственного интеллекта, поэтому слуховые аппараты Starkey — это интеллектуальные устройства, которые автоматически распознают сложные звуковые ситуации и адаптируются к ним. Например, в первые месяцы пандемии COVID‑19 наша технология Edge AI помогла пациентам с потерей слуха общаться с близкими».

Технология Edge Mode от Starkey, доступная в слуховых аппаратах Livio Edge AI, доказала свою высокую эффективность в решении проблемы, связанной с неразборчивостью речи из-за ношения медицинских масок. С помощью простого двой­ного касания Edge Mode учитывает влияние типа маски, социальной дистанции и фонового шума на акустический сигнал и обеспечивает более высокую слышимость и четкость речи.

«Давая людям хороший слух, Starkey помогает им жить лучше», — добавил Ачин Бхоумик.

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Нажимая кнопку «Отправить», я даю свое согласие на обработку моих персональных данных, в соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 года № 152-Ф3 "О персональных данных"